Всемирный день борьбы с коррупцией отмечается 9 декабря, для России этот месяц значим вдвойне – 25 декабря исполняется 10 лет закону о противодействии коррупции. О том, как меняется законодательство в этой сфере, в том числе в отношении врачей и учителей, а также о возможности дальнейшего ужесточения ответственности госслужащих, РИА Новости рассказал директор Департамента развития государственной службы Минтруда Дмитрий Баснак.

— Дмитрий Валерьевич, какой путь прошла страна в борьбе с коррупцией за последние 10 лет?

— За это время в России сформировалась достаточно развитая система антикоррупционных стандартов, как для государственных и муниципальных служащих, людей, замещающих государственные или муниципальные должности, так и для работников организаций. На таких сотрудников распространяется ряд запретов, ограничений, требований и обязанностей для профилактики коррупции. В свою очередь, возложение запретов должно подкрепляться контролем за их исполнением. Отдельно стоит выделить контроль за соответствием доходов и расходов служащих и их родственников, а также механизмы предотвращения и урегулирования конфликта интересов.

Созданы специальные подразделения по профилактике коррупционных правонарушений, они осуществляют контроль, порой в тесном взаимодействии с правоохранительными органами.

— Все эти меры влияют на число обнаруженных нарушений?

— В 2017 году наблюдался рост выявленных коррупционных правонарушений, совершенных государственными и муниципальными служащими – с 36,5 тысяч до 40,5 тысяч. При этом к дисциплинарной ответственности привлечено 24,1 тысячи государственных и муниципальных служащих в 2017 году и 21,6 тысячи – в 2016 году.

Это может быть обусловлено незначительностью выявленных правонарушений, например, это могут быть технические ошибки или опечатки в справке о доходах, расходах, об имуществе, неуказание незначительного дохода (не превышающего 1 тысячу рублей – ред.) в справке.

При этом уволено в связи с утратой доверия было 769 государственных и муниципальных служащих в 2017 году и 478 – в 2016 году. Стоит отметить, что в реестре лиц, уволенных в связи с утратой доверия за совершение коррупционного правонарушения, в настоящее время (по состоянию на 7 декабря 2018 года – ред.) размещена информация о 705 должностных лицах.

Статистика демонстрирует, что принятые меры повышают эффективность работы, однако работа не останавливается. В августе был принят новый пакет мер. Началось введение контроля за расходами в отношении должностных лиц, которые уволились. То есть, если раньше была норма о том, что контроль за расходами осуществляется только в отношении должностных лиц, которые состоят в трудовых или служебных отношениях, то теперь появилась норма, что можно контролировать расходы лиц, которые решили, например, путем увольнения избежать возможной конфискации имущества, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы. По нашему мнению, это является достаточно серьезным шагом в процессе совершенствования и укрепления российского антикоррупционного законодательства.

Также появились нормы о том, что можно привлекать служащих к ответственности в том случае, если они совершили какие-то незначительные нарушения без проведения долгих процедур проверки. Установлены единые сроки привлечения к ответственности за совершение коррупционных правонарушений, срок давности установлен три года с момента совершения такого нарушения.

— Как развивается законодательство, какие нововведения и идеи прорабатываются сейчас?

— Нам дан большой объем поручений в рамках Национального плана по противодействию коррупции на 2018-2020 годы. В конце ноября правительство внесло в Госдуму законопроект, который предусматривает распространение антикоррупционных стандартов на работников, замещающих отдельные должности в организациях, подведомственных госорганам субъектов и органам местного самоуправления. Сейчас такие стандарты распространены только на работников федеральных организаций.

Сюда войдут, в том числе, учреждения, предприятия, структуры, которые финансируются из бюджета. Например, почти все учреждения здравоохранения и образования.

Также предусматривается распространение стандартов на организации, которые созданы и контролируются государственными корпорациями.

На всех работников этих организаций предлагается распространить следующие требования: о необходимости сообщать о возникновении конфликта интересов, о необходимости сообщать работодателю о фактах склонения к коррупции, запрет на получение подарков в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе бюджетных учреждений – то есть это касается и врачей, учителей.

— И коробкой конфет, например, врача нельзя будет отблагодарить и уж тем более коньяком?

— Нет, конечно. К тому же, Минздрав России неоднократно предупреждал, что чрезмерное употребление алкоголя вредит здоровью. Поэтому дарить врачу бутылку коньяка в целом сомнительно.

Сейчас для учителей и врачей действует статья 575 Гражданского кодекса, в которой прописано, что работникам культуры, образования, здравоохранения нельзя дарить подарок дороже трех тысяч рублей. А теперь вообще нельзя будет дарить подарок, кроме цветов, канцелярской печатной продукции или ценных подарков, которые вручены в качестве поощрения, награды от работодателя или вышестоящей организации.

— А какое наказание последует?

— Если мы говорим про врачей и учителей, то это, конечно, дисциплинарная ответственность, предусмотренная Трудовым кодексом. Замечание, выговор или увольнение – останется на усмотрение работодателя. Всегда нужно соблюдать баланс интересов как работника, так и работодателя. Если никакой коррупционной составляющей нет, то и увольнять, по нашему мнению, по общему основанию нецелесообразно.

Говоря об учителях, отмечу, что Минтруд положительно оценивает такие акции как «Дети вместо цветов», когда не каждый ученик в классе покупает цветы учителю, а от класса дарится один букет, а сэкономленные деньги идут на помощь больным детям. Мне кажется, это очень хорошая акция и нужно подобные мероприятия поощрять.

Но давайте вернемся к предлагаемым изменениям, кроме запрета на дарение подарков, предусматривается подготовка перечня должностей в таких организациях, замещение которых связано с коррупционным риском. По общему правилу, это должности руководителей, главных бухгалтеров и должности, связанные с осуществлением финансово-хозяйственных полномочий.

Для них будут более серьезные запреты, ограничения и обязанности: например, надо будет представлять сведения о доходах и расходах, будет запрещено заниматься предпринимательской деятельностью без согласия работодателя. Согласие работодателя потребуется и для участия в деятельности органов управления и контроля иной коммерческой организации.

Кроме того, такие работники будут не вправе осуществлять трудовую деятельность в случае близкого родства или свойства, если осуществление трудовой деятельности связано с непосредственной подчиненностью или подконтрольностью одного из них другому.

Им будет запрещено и осуществление оплачиваемой деятельности, финансируемой исключительно за счет средств иностранных государств, международных и иностранных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или законодательством Российской Федерации.

— Сейчас Минтруд прорабатывает изменения в части дарения подарков госслужащим, расскажите, пожалуйста, о них.

— Сейчас предусмотрено, что если служащий получил подарок на официальном, протокольном мероприятии, то по возвращении на место службы он обязан уведомить о его получении и сдать. Если подарок стоит меньше трех тысяч, то такой подарок возвращается служащему, если больше – остается в собственности органа с возможностью служащего его выкупить.

Мы предлагаем установить, что служащий должен сдать подарок, если он получен на официальном, протокольном мероприятии в орган вне зависимости от его стоимости. Конечно, предусмотрены и исключения, так, например, служащий может оставить себе цветы, канцелярскую печатную продукцию и ценные подарки, которые получены в качестве поощрения и награды от работодателя. То есть получается, что вне зависимости от того протокольное мероприятие, непротокольное, если цветы принесли, то чиновник может их взять, если блокнот, календарь – тоже может взять, а все остальное он брать не имеет права. Если подарок подарен на протокольном мероприятии, то он сдает его. Законопроект уже внесен правительством в Госдуму.

— И когда вы ожидаете, что он будет принят?

— Надеюсь, что он будет принят в середине 2019 года.

— Какова статистика по количеству сданных подарков?

— Количество уведомлений о получении подарков в федеральных органах исполнительной власти за 9 месяцев 2018 года снизилось по сравнению с аналогичным периодом 2017 года на 13%. Также отмечается снижение количества сдаваемых подарков на 12%. Почти на 50% снизилось и количество выкупаемых служащими подарков.

— Наверное, Новый год дает значительный скачок этих показателей. Вы планируете в этом году на входе в Минтруд повесить табличку о запрете входа с подарками, как в прошлом?

— Да, перед Новым годом повесим. Я могу сразу сказать, что все подарки, которые мне дарили в служебных командировках, я сдаю по акту в наш департамент управления делами. Это книги, конфеты, чай, фотоальбомы.

Прием подарка порождает сомнение в честности. Подарок обязывает. Человек понимает внутренне, психологически, что вот ему подарили подарок и в ответ он должен что-то сделать. То есть это уже влияет на объективность принимаемых им решений, поэтому с этим надо бороться. Служащий должен быть объективен.

Служащему запрещено принимать какие-либо подарки в связи с исполнением должностных обязанностей. И эти должностные обязанности, это не только с девяти до шести на работе. Если он принимает этот подарок от лица, в отношении которого служащий осуществляет функции управления, то это тоже связано с исполнением обязанностей. Например, в восемь вечера на улице получил подарок от лица, которому он сегодня или вчера, или завтра будет выдавать какой-то разрешительный документ, то это он получил подарок от лица в связи с исполнением обязанностей. То есть это запрещено.

Мы всегда напоминаем об этом, и я уверен, это оказывает определенное профилактическое воздействие. Будем двигаться в этом направлении.

— В этом году в Академии госслужбы запущена программа «Этика госслужбы». Расскажите, какие планы по ее развитию?

— Сначала нужно посмотреть результаты реализации этой программы, получить оценку от слушателей, понять, была она полезна или нет, возможно, где-то доработать, докрутить.

В целом, мы думаем, что одной из основ соблюдения антикоррупционного законодательства является, как раз, разделение служащим норм этики и морали. Если служащий позволяет себе неэтичные поступки, нам, конечно, с ним не по пути.

Поэтому в случае успешной реализации мы будем дальше программу продвигать, пытаться распространить и в других учебных заведениях, рассмотрим вопрос о включении блока по этике в другие программы обучения служащих.

— А когда можно будет говорить о распространении?

— На следующий год будем продвигать эту программу. Это не простая тоже задача, тут очень много зависит от того, кто выступает, какие спикеры, как рассказывают.

Вообще, антикоррупционное обучение у нас идет ежегодно, системно, и у нас пока порядка тысячи человек ежегодно проходят обучение. Это, в основном, сотрудники подразделений, которые отвечают за профилактику коррупции, по вопросам, связанным с применением этого законодательства. То есть в принципе система масштабная, она охватывает все структуры, все органы, и очень много инструментов сейчас уже в настоящее время реализуется, но, конечно, борьба с коррупцией – это непростая задача. У коррупционеров всегда появляются какие-то лазейки для того, чтобы обойти нормы, поэтому мы постоянно думаем над этим и предлагаем меры по совершенствованию законодательства.

— Как вы считаете, требуется ли ужесточение законодательства?

— Я считаю, что здесь вопрос не в ужесточении, а в том, чтобы механизмы работали более эффективно. Та или иная мера, она может не до конца раскрыть свой потенциал, потому что, может, где-то не хватает ресурсов, где-то не хватает людей, чтобы это сделать, где-то она так сформулирована, что она неконкретна, она должна быть более четко прописана. Например, декларирование. Мы сейчас ставим вопрос о том, что декларацию, которую сейчас представляют, может быть, стоит поменять. Может быть, сделать так, чтобы она была более удобной для заполнения, потому что сейчас для того, чтобы заполнить декларацию, нужно потратить определенное время. Для упрощения внедряется программное обеспечение, чтобы была система накапливания данных, чтобы человек мог один раз заполнить декларацию, сохранить ее, и уже на следующий год заново ничего с нуля не заполнять, а просто вносить туда уточнения. Сейчас у нас все переходят на единую форму заполнения декларации, есть такая программа «Справки БК».

Ведется также работа, чтобы справка о счетах давалась банками по определенной форме, уже именно для того, чтобы человек легко мог потом из нее перенести эти данные в свою декларацию. Это также реализуется в рамках Нацплана, это делает Минфин. Сейчас каждый банк дает по своей форме.

— В ряде стран Европы за нарушение антикоррупционного законодательства грозит административная ответственность. У нас же все-таки это в большей степени дисциплинарные меры. Госслужащий не подал декларацию – могут уволить. Вы считаете правильным такой вариант?

— Нацпланом правительству и Генпрокуратуре поручено рассмотреть вопрос о целесообразности введения административной ответственности за нарушение требований антикоррупционного законодательства, касающихся предотвращения и урегулирования конфликта интересов. Поэтому тема административной ответственности за коррупционные правонарушения стоит на повестке, посмотрим, к чему мы в рамках обсуждения придем. Может быть, решим, что и в рамках декларирования стоит ввести такую ответственность, а, может быть, и нет.

— Есть ли национальные особенности российской коррупции?

— Я думаю, что национальных особенностей немного, это общемировая проблема. Коррупция – это слабость, которая может появляться у разных людей. Просто вопрос в мерах регулирования, эффективности этих мер, и в целом в ситуации, она разная в каждой из стран. Но я вижу, что у нас это все постепенно меняется в лучшую сторону.

Нельзя забывать и про этическое регулирование, воспитание в служащих норм морали. Этика же является внутренним регулятором. Невозможно поставить на каждом углу по камере, а вот воспитать в человеке нетерпимость к коррупции, ее тотальное непринятие, когда он будет понимать, что он дал или взял взятку, другие дали, а после этого наступили ужасные, трагические последствия для общества, можно.

То есть надо идти с двух сторон. Как совершенствовать правовые механизмы, так и развивать этические стандарты.

Источник: МИА «Россия сегодня»