Стенограмма выступления Министра труда и социальной защиты Российской Федерации на заседании Правительства Российской Федерации

<...>

М.Топилин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Мы постоянно работаем с этой очень острой темой. Задолженность по заработной плате составляет всего лишь 1% от фонда заработной платы, но мы понимаем, что за этим процентом стоят семьи с детьми и необходимо в постоянном режиме этим вопросом заниматься.

Что делается в этом направлении и какова динамика? Дмитрий Анатольевич, Вы сказали, что задолженность на 1 декабря – 3 млрд рублей с небольшим. Мы считаем, что на 1 января она будет значительно ниже, потому что конец года, идут расчёты, и работа, связанная с конкретными предприятиями, нам позволит улучшить ситуацию. По цифрам по 2017 году: если сравнивать с предыдущим годом, мы системно, приблизительно на 1,5 млрд рублей, если брать среднегодовые значения, задолженность снизили. Это позитивный результат, но мы не должны останавливаться.

Задолженность в основном, на 99%, формируется за счёт того, что у предприятий нарушаются какие-то связи, происходят сбои в расчётах. По федеральному бюджету, по бюджетам субъектов и муниципальным бюджетам задолженность иногда появляется, но буквально в считаные дни, достаточно оперативно техническая задолженность закрывается, её практически нет. Можно сказать, она отсутствует.

Что касается работы инспекции, это ключевой наш инструмент. Мы сейчас пытаемся расширить максимально возможности инспекции и взаимодействие инспекторов по труду с различными структурами.

Порядка 40% вообще всех обращений граждан в инспекцию – это обращения, связанные с возникновением задолженности по заработной плате. И по итогам 2017 года (это ещё неполная цифра) порядка 21 млрд рублей текущей возникающей задолженности было погашено благодаря именно, с одной стороны, сигналам от работников и, с другой стороны, инспекторскому реагированию вместе с другими органами.

Мы начали в последнее время очень активно работать со Следственным комитетом, потому что действительно эти все старые долги, задолженность по банкротным предприятиям требуют уже во многих случаях реакции и Генеральной прокуратуры, и судов, и Следственного комитета. Это уже во многом процессуальные действия, рассмотрение различных причинно-следственных связей, поиск различных цепочек, доказательства виновных действий или бездействия тех или иных руководителей предприятий или контролирующих лиц.

В 2016 году у нас было привлечено к ответственности по 145-й статье Уголовного кодекса 225 человек. В этом году благодаря тому, что со Следственным комитетом было заключено соответствующее соглашение, уже почти 1,2 тыс. материалов было передано в следственные органы. Поэтому в этом направлении пытаемся тоже наращивать потенциал и отрабатывать технологии.

Что изменилось в последнее время в законодательстве? Во-первых, буквально с 2017 года вступили в силу поправки в Трудовой кодекс и в Кодекс об административных правонарушениях. Мы с 25 тыс. до 100 тыс. увеличили штрафы при повторных нарушениях для юридических лиц. Также невыплата в срок зарплаты была выделена в отдельный состав административных правонарушений.

Были внесены изменения в процессуальное законодательство. Теперь работник может не через три месяца, а на протяжении года после возникновения задолженности обращаться с подачей иска в суд. И может это делать не только по месту работы, но и по месту жительства. То есть мы упростили процедуру, и это позволяет в большей степени защищать права работников.

Внесены изменения в закон о банкротстве. Они очень важные: удалось прописать процедуру обращения задолженности на контролирующих лиц. Пока эти технологии отрабатываются. Мы с Министерством экономического развития и другими коллегами пытаемся выстроить технологию этой работы, потому что это судебные практически процедуры. В Москве и Башкортостане сейчас проводим, что называется, показательные процедуры, с тем чтобы найти механизм. Он достаточно сложный и требует очень серьёзного внимания и доказательной базы. Я надеюсь, нам удастся запустить его в полной мере.

Вы сказали, что недавно Правительство внесло поправки, которые дают право органам исполнительной власти включаться в процесс банкротства. Мы тоже эту технологию отрабатывали, особенно когда была непростая ситуация в Ростовской области по шахте. И теперь, после принятия закона, губернаторы получат легитимное право вставать очередником в банкротный процесс, если это необходимо. Смысл заключается в том, чтобы ускорить процедуру выплаты заработной платы работникам, а потом уже заниматься различными другими вопросами, связанными с конкурсной массой, с её продажей. Поэтому здесь тоже системные изменения есть, и надо нарабатывать практику, чем мы и занимаемся.

Что касается конкретных мероприятий. У нас есть перечень предприятий, которые имеют задолженность более 25 млн, это перечень почти из 100 предприятий. И за последнее время благодаря тому, что губернаторы и полномочные представители Президента включились в эту тему достаточно активно, нам удалось погасить практически полностью крупную задолженность в акционерном обществе «Мостовик», которое находилось в стадии банкротства, – это 600 млн рублей (Омская область). Шахта «Заречная» в Кемерово: возникшая в связи с различными изменениями среди собственников задолженность – почти 260 млн рублей. Старые долги по «Интауголь» в Республике Коми. Но сейчас эта работа, мне кажется, выходит на совершенно другой уровень. Будем эту работу продолжать.

Д.Медведев: Новые появляются должники крупные – «ВИМ-АВИА» и некоторые другие.

М.Топилин: Я хотел сказать об этом. Есть три темы, которые вызывают у нас серьёзные опасения.

Приморский край, предприятие «Радиоприбор». Очень старые долги (буквально вчера на комиссии, которую Ольга Юрьевна Голодец проводила, рассматривали этот сюжет), это более 300 млн, даже почти 400 млн. Поменялись тоже собственники. Работники предприятия, с одной стороны, переведены на другое предприятие, то есть они заняты, осуществляют текущую деятельность. Но вместе с тем по «Радиоприбору» Дмитрий Олегович Рогозин давал в последнее время несколько поручений. Мы надеемся, что нам всё-таки удастся эту задолженность в ближайшее время погасить.

Ряд вопросов, связанных тоже со старыми сюжетами, по космодрому Восточный. Это расчёты между «Роскосмосом», Минобороны. Это связано с тем, что был упразднён Спецстрой, это долги бывшего Спецстроя. И тоже активно сейчас этот процесс идёт. В последнее время были погашены фактически долги на Восточном – небольшой долг, 13 млн, там остался, но вместе с тем по Хабаровскому краю, по этим старым долгам Спецстроя, они существуют. Постоянно, почти в ежедневном режиме ищем различные решения.

Вы назвали также Ивановскую область. Это «Автокран», известное предприятие. Буквально сегодня с исполняющим обязанности губернатора Воскресенским (С.Воскресенский) разговаривал: есть надежда на то, что либо до конца года, либо в начале января следующего года (это 170 млн рублей, тоже очень старые долги, банкрот) эта тема будет решена.

«ВИМ-АВИА» – 439 млн. Задолженность, которая пока не погашена. Аркадий Владимирович (А.Дворкович), тоже все необходимые поручения подписал. Будем эту ситуацию очень внимательно контролировать и Вам докладывать.

Вы обозначили тему федеральных государственных унитарных предприятий. По нашим оценкам, по тому реестру, что мы ведём, это порядка 350 млн рублей, и в проекте протокольного решения содержится поручение всем федеральным органам исполнительной власти, которым подведомственны ФГУПы, эту тему до 1 марта закрыть. Я надеюсь, что это может быть сделано и раньше. Эта работа под постоянным контролем, будем Вам докладывать.

Что касается дополнительных мер законодательного обеспечения. Мы практически согласовали с коллегами из Минфина и Минэкономразвития законопроект, который предоставит право инспекторам по труду действовать через процедуру обращения к судебным приставам, процедуру инкассо – это принудительное списание денежных средств, когда не осуществляются расчёты по заработной плате, но всё-таки по решению суда и при возможности оспаривания этой процедуры работодателем. Такой законопроект практически готов, мы его надеемся в ближайшее время внести в Правительство, будем обсуждать его на трёхсторонней комиссии.

При процедурах банкротства, по нашему мнению, достаточно много нарушений сроков, затягивания с конкурсными процедурами, с оценкой имущества, продажей имущества – мы с Генеральной прокуратурой договорились о том, что по тем предприятиям, где есть такая проблема, Генпрокуратура проведёт проверки соблюдения конкурсными управляющими соответствующих своих обязательств и требований, которые к ним предъявляются.

Также очень важный механизм, над которым мы работаем (но это требует достаточно серьёзной проработки с социальными партнёрами, с экономическими ведомствами – Минфином, Минэкономразвития, у нас есть такие поручения), – это возможность создания неких гарантийных фондов, с тем чтобы, если конкурсной массы на банкротных предприятиях не хватает, всё-таки был какой-то источник для погашения. Такой мировой опыт есть. У нас ратифицированы конвенции Международной организации труда по этому поводу. Мы такой механизм ищем. Будем в этом направлении двигаться.

Д.Медведев: В отношении гарантийных механизмов и всего остального – этим надо заниматься, я совещание проводил на эту тему. Но таким образом, чтобы не послать ложный сигнал работодателям. Мы с вами прекрасно понимаем, что обязанность по выплате заработной платы – это прежде всего обязанность работодателя, обязанность юридического лица, организации, с которой гражданин состоит в трудовых отношениях. Поэтому здесь нужно найти баланс – решение этой задачи как за счёт обычных мер, так и за счёт процедур наблюдения, банкротства, правоохранительных действий (я имею в виду усилий, которые предпринимают Генеральная прокуратура и Следственный комитет) и этих самых инструментов поддержки, которые мы могли бы применять. В данном случае речь идёт о том праве, которое мы предоставляем регионам теперь для того, чтобы погасить долги по зарплате, если это критически необходимо, и, может быть, создании какого-то гарантийного фонда.

<...>